Поместить в избранное


Рекомендуем:
Продажа узор мед в Москве, бесплатная доставка.

Анонсы
  • Застывшие в танце 2 >>>
  • Танго в пустоте 3 >>>
  • Полет цветка >>>
  • Пустота >>>
  • Встреча >>>





Произведения и отзывы


Случайный выбор
  • Игра без правил  >>>
  • Танго в пустоте 4  >>>
  • Встреча  >>>

Наши анонсы:

Анонсы
  • Танго в пустоте >>>
  • Зев вечности >>>
  • Счастливые неправды >>>
  • Защита >>>
  • Суета >>>






------

Приказ Свыше

Автор оригинала:
Галина Островская

 

 

Кисейные кружева розового рассвета опутали
мокрые ресницы. Онемевшая рука крепко сжимала
талисман. Аглая не спала. Она не спала уже давно
– и боялась шевельнуться.
Кто-то другой… и в то же время она сама... кто-
то посторонний... и кто-то ею властвующий... и ей
же подчиняющийся!.. видел – не видимое – нико-
му. Он, этот другой... Или другая?.. Другая, конечно,
другая! Это тоже была женщина!
Эта женщина... стояла близко к плоскому, зана-
вешенному гарью небу... Вокруг волновалась тем-
ная мантия древних гор... Мантия закрывала свои
мертвые подножья голыми горячими камнями...
Женщина не шевелилась. Ветер сдувал с ее спи-
ны мелкие белые крупицы соли... Льющиеся из пу-
стых глаз слезы снова становились этой солью,
которая, высыхая, – не иссякала долгими безмолв-
ными веками...
Аглая шелохнулась.
Женщина тоже.
Им обеим было невыносимо больно двигаться.
Женщина посмотрела на Аглаю и попыталась
что-то прошептать. Так и не разомкнувшийся рот
обвила маленькая соленая змейка и, пощекотав
губы, ускользнула вслед за ветерком.
Горло Аглае перехватил спазм.
– Ты любила его? – хотела спросить она.
– Да, – смогла подать слабый знак женщина.
– Ты носила его талисман?
– Всегда, – услышала она шепот.
– Всегда? – переспросила Аглая, тихонечко вы-
прямляя руку.

Мертвые пустые глаза приблизились к Аглаиным
– закрытым. В них проскользила улыбка... Улыбка
счастливой любящей женщины.
– Что случилось? – спросила шепотом Аглая и
нахмурилась. – Это – из-за Лота?..
– Нет, – качнулись засыпанные солью ресницы.
– Нет...
– Чем я могу помочь тебе? – выдохнула Аглая.
– Себе помоги... – забило болью в висках.
...Сердце, маленький живой механизм, с трудом
качая застоявшуюся кровь, выбивалось из сил, но
работало как проклятое, вытаскивая хозяйку из ока-
менелости – своей и чужой. Оно все учащало и уси-
ливало удары.
Аглая свесила ноги с кровати, сунула их в тапоч-
ки, с трудом поднялась и, согнутая, направилась на
кухню, где в холодильнике стоял полупустой фла-
кончик с валерьянкой. Кажется, стоял. Когда-то
мужнина тетушка, будучи в гостях у Аглаи, остави-
ла его там... Год назад, наверное. Сто раз уже можно
было выбросить...
Аглая распахнула белую дверку. Хрен со све-
клой... Тюбик с горчицей... Микстура от кашля...
Духи «Магия ночи», кем-то подаренные... А это что?
Господи!
В ведро полетел пакет, полный прогнившей
хасы.
– Так... Есть! «Настой валерьяны» – прочитала
Аглая русские буквы. – Срок годности?
Вот он... Истек три года назад... Ладно, ничего
страшного.
Аглая одним медленным глотком выпила остат-

ки спиртового настоя, с отвращением посмотрела на
пустую пачку из-под сигарет, одиноко валяющуюся
на столе, и решила, что… что больше – никогда в
жизни – не будет поддаваться – очарованию муж-
чин!
С чего она так решила? Причем здесь мужчины?
Никаких мужчин в ее жизни нет!
– О, Господи! – вспомнила она вдруг вчерашний
вечер.
Вспомнила все, до мельчайших подробностей:
скверную старуху, ресторан, порог собственного
дома, ускользающее сознанье...
Она резко захлопнула дверцу в самое сокровен-
ное из вчера. Стукнула ею.
– Этого не было, – сказала сама себе. – Не было.
И не будет! Есть муж... Которого тоже нет... Есть
кошмары: столбы в форме безукоризненных фалло-
сов, сцены оргий… почти наяву… Есть окаменевшая
женщина, слитая со мной воедино... Эта женщина...
Она – мое одиночество. Это она бросила меня вчера
в объятия малознакомого мужчины. Именно так!
На миг запретный плод вчерашнего наслажде-
ния закружил голову.
Аглая ощутила снова, как огненные подков-
ки – ночные поцелуи – жгут бедра, как своды
Нефритовой палаты омываются водами желанья...
Но тут же, упрямо мотнув головой, вырвала себя из
дурмана.
– Нечего обольщаться!– сказала она себе жест-
ко.. – Он из того же легиона! Тебе не на что наде-
яться!
– А чем он лучше?– загорячилась еще больше.
– Чем?! Воспользовался моей беспомощностью! Все
что ему нужно – легкая победа. Тело, которое завтра

будет заменено другим. А я больше не хочу... Я уста-
ла... воскресать для пустоты... Пусть лучше ничего
не будет!
Именно в этот момент позвонил Вульф.
Чуя на себе чей-то взгляд, она ответила: «Да, ко-
нечно», быстро положила трубку, обернулась. Из
двух плошек дикого меда на нее смотрели черные
нити кошачьих зрачков.
– Ну, явилась! – сказала хозяйка ощерившему
пасть зверю. – Побросала своих котов и решила от-
дохнуть, да?.. И правильно! Твои коты – такие же
ловеласы. Только хвостатые. ...Ты чего?!
Кошка глядела волчицей, у которой убили де-
теныша. Язык ее был свешен и с него текла слюна,
шерсть между ушами вздыбилась и намокла.
– Ты чего?! – еще раз испуганно спросила Аглая
и, с недоумением глядя на кошку, вылила остатки
валерьянки на пол.
Та, лизнув себе бок длинной шершавой змеюкой
языка, не дотронувшись до угощения, повернулась
и, опустив хвост, медленно пошла к выходу через
окно.
– Кыс-кыс, – позвала ее Аглая, но та не оберну-
лась.
– Кыс-кыс, – еще раз повторила Аглая, именно в
эту минуту отчетливо поняв, что скрытая сущность
всего с ней происходящего лежит значительно глубже,
чем она хотела бы это себе представить только что.
Почему она – Аглая – запараллелена на эту жен-
щину, жившую три тысячи лет назад? На все свя-
занное с той: ее любовь к ремесленнику, прощанье
под солнцем, когда Авраам со своим племянником
Лотом из голодного Ханаанского края отправился
в Египет вместе со скарбом и женами... на расправу

Господа над Содомом, где был ее дом... и на это ка-
рабканье по зловещей горе... Еще и пяточка...
Зачем она обернулась? Зачем?! Сказано же было
– нельзя.
В дверь позвонили. Секунду подумав, реальный
это звонок или потусторонние козни духов, Аглая
все же решила выглянуть за дверь. Вдруг да соседка
щепотку соли пришла позаимствовать?
На пороге стоял Вульф.
Смущаясь своей бледности и домашнего вида,
Аглая пригласила его пройти. А что ей оставалось
еще делать! Белые лилии, букет, принесенный им,
предательски подрагивающими руками она поста-
вила в хрустальную вазу со сколотым краем.
...Царственно сияли лепестки внезапно раскрыв-
шихся бутонов, тугие стебли их чуть покачивались,
Аглая разливала чай. Узкий носик заварочного чай-
ника все ниже клонился к чашке, все сложнее было
хозяйке совладать со смятением, охватившим ее.
– Ай! – вскрикнула она, кипятком чуть не плес-
нув себе на руку.
Вульф встал, подошел к ней, обхватил за талию,
крепко прижал к себе. Потом, слегка отстранившись,
глядя в самые глаза, спокойно сказал, что Старик
ждет ее сегодня вечером – и ушел.
* * *
– Ты... Почему ты... – шептала Аглая, закрыв
глаза и обращаясь к тому, кто ехал сейчас в сторону
вымощенного легендами древнего Яффо. – Почему
мне тебя так больно видеть... И так радостно... И так
необходимо...

Захлебываясь километрами асфальта, автомо-
биль все быстрее приближался к городу, по холмам
которого, как ослушники божьи, зигзагами спуска-
лись к порту покрытые тайнами и грехами улицы...
* * *
– ...Со мной что-то постоянно происходит... и я
не понимаю... Я чувствую, что я в каком-то водово-
роте... Что обречена... –уже вовсе не играя, говорила
Аглая.
Почти прикасаясь боками к россыпям арбузов,
машина пробиралась по кишащим пестротой, убо-
гостью и бурей торговых страстей улочкам.
* * *
– Ты… Почему ты… – шептала Аглая растерянно.
– Я тебя совсем не знаю…
* * *
Вульф спешил. В роскошном, устланном страда-
ньями кабинете, его ждал Старик.
* * *
Аглая с каким-то ей самой непонятным смыслом
стряхивала пепел в аккуратную пирамидку и наблю-
дала, как в его белесых полешках тают красные точ-
ки.
«Осталось только посыпать голову этим пеплом,
как... – подумала Аглая. – Господи, кто же это пе-

плом голову-то себе посыпал?! Праведник какой-
то... Или грешник? Или не посыпал, а сидел на
пепле?.. В голове сплошной балаган, прямо Шук
Пишпешим какой-то!» – рассердилась она на себя,
и тут же вспомнила библейский рассказ про Иону-
Пророка, понесшего наказание за непослушание.
Она бросила ворошить эту ветхозаветную тему
как только вспомнила... прописную истину
– Приказы Свыше надо выполнять!!
Она не будет больше сопротивляться своему чув-
ству. Оно – даровано. И будь что будет!

 
К разделу
Все права принадлежат Галине Островской, при цитировании материалов активная ссылка на сайт обязательна